Монументальные споры: поклонники и хулители скульптуры

10 Декабря в 21:19 157 Наталья Титова

«Не понимает русский человек одно ваяние в чистом виде» — так сокрушались просвещенные москвичи по поводу нелюбви сограждан к «людным» скульптурным монументам. Их появление зачастую вызывало горячие споры и вообще было «мероприятием проблематичным».

Монументальные споры: поклонники и хулители скульптуры

Тверской бульвар и памятник А.С. Пушкину на фоне Страстного монастыря.

Дореволюционная открытка

Фото: Фотобанк Лори

По пальцам можно было сосчитать все скульптурные изображения, посвященные историческим персонам. А как тяжело давалась установка каждого нового монумента! Современники ехидничали: если уж памятник и решали установить, то сначала ждали много лет со дня смерти того, кому он посвящался, а потом еще лет 20–30 по крохам собирали на него деньги. За редким исключением это было так.

Памятник Минину и Пожарскому 1818 г. был первым монументом, изображавшим исторических личностей. После этого долгое время скульптурные изображения не ставили, и современники стали опасаться, что если вовремя не увековечивать героев, то о них скоро забудут. К примеру, в 53-ю годовщину Отечественной вой­ны 1812 г. в Бородино от Москвы никто не приехал. Вот если бы в Первопрестольной, да еще и на Красной площади, существовал Бородинский памятник... Правда, сумеют ли найти на него средства, пока живы старые бородинцы? Однако в память о наполеоновском нашествии строился храм Христа Спасителя, в день изгнания французов из Москвы совершали крестный ход, в церкви Параскевы Пятницы в Охотном Ряду установили иконы со святыми, праздники которых совпадали с днями основных битв 1812 г., в Успенском соборе центральное паникадило было отлито из серебра, изъятого у неприятеля, и т. д. В общем, память о подвиге русского народа чтили, а потому говорили: «Нельзя сказать, что чего-нибудь недостает и что-нибудь еще нужно». И хотя общественность идею такого памятника поддерживала, а те самые «старые бородинцы» готовы были внести первые пожертвования, такой монумент сочли излишним. К тому же в это время объявили сбор средств на строительство храма — памятника крестьянской реформе 1861 г., а подписка шла вяло. Не стоило отвлекать от нее внимание новыми проектами.

«Слава на небеси Солнцу Красному...»

Монументальные споры: поклонники и хулители скульптуры

Памятник Александру II в Кремле. Дореволюционная открытка

Фото: Фотобанк Лори

Проблем со средствами на памятник Александру II не было — деньги на него собирала буквально вся страна, от членов императорской фамилии до самых простых и небогатых граждан. Правда, подходящего проекта пришлось ждать целое десятилетие. Поданные заявки не отличались оригинальностью замысла и повторяли известные монументы. Конных статуй оказалось так много, что про них говорили: замени подпись — и получишь памятник любому отличившемуся военному генералу. Одним из самых необычных был проект под девизом «Слава на небеси Солнцу Красному, слава на Святой Руси Царю Белому» — часовня-пирамида с ангелом наверху. Но все это было не то. Поэтому перед третьим конкурсом условия решили уточнить: нежелательно изображать императора на коне и вместе со сподвижниками, следует избегать аллегорических и мифологических ассоциаций. Главная же задача осталась прежней — отразить в монументе все значительные события царствования императора, а также органично вписать памятник в заданный участок на территории Кремля. Что было непросто — ведь какой бы ни была статуя, она все равно казалась маленькой на фоне «Ивана Великого» и Спасской башни. Тем более вот еще проблема обозначилась: поставишь памятник лицом к Москве-реке — окажется он спиной к священной Соборной площади и Николаевскому дворцу (месту рождения императора). Если повернуть лицом к соборам — стал бы монумент «разногласить» со всем Кремлем, который обращен фасадом к реке. Это, кстати, навело горожан на мысль, что подобный памятник в Кремле вообще лишний. Более того, им вполне мог бы стать столь нужный Музей церковных древностей или Церковное древнехранилище.

Монументальные споры: поклонники и хулители скульптуры

Храм Христа Спасителя.

Дореволюционная открытка

Фото: Фотобанк Лори

В итоге же монумент стал таким: статуя императора под сенью на площадке, обнесенной с трех сторон сквозной галереей. Сень придавала памятнику священный характер, а галерея почти до половины закрывала скульптуру с задней стороны, все же обращенной к речке. Кроме того, галерея стала местом отдохновения гуляющей публики и созерцания чудной панорамы Замоскворечья. В целом солидный монумент москвичи одобрили, хотя и без критики не обошлось. В основном это были жалобы на «чрезмерную пышность». И неудивительно, ведь памятник обошелся более чем в 1 млн 800 тыс. руб., в то время как на строительство добротного приходского храма требовалось порядка 200 тыс.! Простоял монумент недолго, с приходом советской власти он был уничтожен одним из первых.

То ли старуха, то ли галчонок

Монументальные споры: поклонники и хулители скульптуры

Памятник Гоголю на Пречистенском бульваре. Дореволюционная открытка

Фото: Фотобанк Лори

Но все это ничто по сравнению с той критикой, которая обрушилась в адрес памятника Н. В. Гоголю. Идея его создания возникла в 1880 г., тогда же открыли сбор денег. Спустя 20 лет накопился капитал в 80 тыс. руб., и этого хватило, чтобы начать сооружение монумента. Требования к нему были настолько просты, что москвичи посмеялись: «Нужен памятник без фантазий, творчества и таланта». Такие проекты и представили судьям. Автору одного из них Гоголь почему-то представился спящим на скамейке, другой замыслил его немецким пастором. Все это было ужасно, поэтому проект памятника заказали скульптору Н. А. Андрееву, заплатив гонорар в 30 тыс. руб. Сам монумент, кстати, оценили в 75 тыс. Цифры москвичей ошарашили, они сразу же посчитали, что на эти деньги можно было бы пять дней кормить 100 тыс. бездомных! Но им заметили: «Вы не смету критикуйте, а откажитесь от вечернего похода в оперу и ночной поездки в ресторан. На сэкономленные же деньги накормите 120 человек».

Когда же законченный монумент представили публике, та ахнула. Как же так, столь великому человеку поставили такой «хилый памятник». Да и не памятник вовсе, а неотесанную глыбу, место которой на кладбище. Гоголя сравнили с больным галчонком, коршуном-стервятником с перебитым правым крылом и даже со старухой. Обыватели проявили невероятные исторические познания и заметили, что писатель на себя ни капли не похож: страшный, печальный, да еще и с огромным носом. И ладно бы все это говорили люди простые, необразованные, но и москвичи «культурных кругов» высказались подобным образом. В целом общественность сошлась во мнении, что это был не тот Гоголь, которого она знала и любила. В этом Гоголе была «жуткая загадка», а все ждали простого и ясного памятника, понятного даже «неграмотной толпе». Кстати, после его открытия досталось и памятнику А. С. Пушкину работы А. М. Опекушина:

Монументальные споры: поклонники и хулители скульптуры

Памятник Минину и Пожарскому на Красной площади. Фотография Николая Найденова (1883 г.)

Вот мрачней чугунной пушки



Встал на тесаный гранит



Александр Сергеич Пушкин



И на свой сапог глядит.



..



Ввысь ушел массивный цоколь...



Наверху его сидит



Николай Васильич Гоголь



И на свой сапог глядит.



..



Отчего же так безмерно



Сапоги вознесены?



Ах, сапожниками, верно,



Монументы созданы.

Говорили, что известные скульпторы и художники даже начали сбор подписей в пользу демонтажа памятника Гоголю. Но этого, к счастью, не случилось.

«Скуем цепи на невзгоды!»

Монументальные споры: поклонники и хулители скульптуры

Памятник Льву Толстому на Девичьем поле

Фото: Дмитрий Девин/Фотобанк Лори

Кстати говоря, та самая «неграмотная толпа» принимала деятельное участие в творческих конкурсах. Так было с памятником Л. Н. Толстому, когда самые оригинальные проекты принадлежали людям, далеким от искусства. Один тифлисец задумал огромный монумент размером 30?23 м, который изображал пещеру — образ уединения, плуг — намек на стремление к земельному труду и отброшенные на землю книги, символизирующие труд писателя. Сам Толстой кормил голубей, и это выражало идею миролюбия и гуманности. Под памятником предполагался музей.

Иван Голубцов, обитатель знаменитой Хитровки («московского дна»), предложил целых два варианта обелиска. Один назывался «Кузнецу жизни», который должен был «сковать цепи на невзгоды», морально поддерживая надежды и чаяния всех нуждающихся. Столь «программный» монумент стоило поместить на Красной площади, против памятника Минину и Пожарскому, чтобы люди понимали, у России две защиты — «физическая и умственная». Другой обелиск предполагался перед Хитровым рынком для воодушевления «отщепенцев жизни». Можно было бы подумать, что неприлично «такому человеку быть в таком месте», но ведь и сам Толстой говорил, что «в людях подонков не бывает». Девиз этого памятника звучал так: «Он любил всех сирых, голодающих, убогих...». Кстати, предполагалось, что Толстой хитрованцев будет согревать в прямом смысле слова: в постаменте было задумано отопление.

Можно себе представить, что подумали в управе относительно данных проектов, хотя иные москвичи искренне сожалели, что подобные памятники построены не будут. И вправду жаль, что Москва не пополнилась столь оригинальными сооружениями и по совместительству интересными достопримечательностями.

0 0
Cтатьи по теме:
Сэкономьте свое время!

Подпишитесь на еженедельную новостную рассылку и получайте самые важные новости недвижимости за прошедшую неделю от экспертов рынка

Комментарии:

К сожалению, ни одного комментария не найдено.

Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.

Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных