«Домов всевозможных так много, так мало хороших квартир…»

14 Мая в 19:16 41 Наталья Титова

Еще в старой Москве весело отмечали 1 апреля. Этот праздник вполне мог бы именоваться и днем квартиранта, ведь, пытаясь снять достойное жилье, люди часто оказывались в проигрыше. Однако горожане не теряли оптимизма и относились к трудностям с иронией.

Москвичи в начале ХХ в. с ностальгией вспоминали 1860–1870-е гг., когда жилье было «широко, привольно и дешево». Дома были простыми — хозяева не гнались за внешней красотой, — но зато удобными для жизни. Во дворе размещались хозяйственные постройки, которыми могли пользоваться квартиронаниматели, садик и огород.
 
А что же новое домостроение? Оно стало подчиняться принципу «минимум вложений, максимум извлечений». Объекту полагалось быть красивым, ведь благообразные фасады московская управа премировала, а значит, с квартиранта можно было получить надбавку «за элитность». Если владение размещалось на большом участке, то, вместо того чтобы высадить деревья, устроить сараи и кладовые, домохозяин застраивал всю территорию дополнительными корпусами, которые тоже можно было разбить на квартирки-каморки. Рассуждал он так: погреба не нужны, пусть жильцы покупают провизию ежедневно или вывешивают ее за окно. Парадная лестница — излишняя роскошь. А комнатам ни к чему быть просторными, ведь у москвича, вынужденного постоянно переезжать с квартиры на квартиру, не так много громоздких вещей. Кухню можно сделать темной, все равно там тесниться неприхотливой прислуге, а так выкроится лишняя комната.
 
О планировке порой не думали вовсе — иногда на кухню можно было попасть через... кабинет. В общем, в столице появилось много наспех построенных громадных доходных домов с неудобными квартирами. Объявления о наличии свободных квадратных метров немало удивляли провинциалов, с трудом веривших в то, что в этой чудной Москве есть жилье, где может разместиться целый полк. Но написано же: «Сдаются квартиры в 2 3 4 5 комнат».
 
 
«Московские вампиры»
 
КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС
Невольно берет нас тревога,

Нам сердце сосет, как вампир:

Домов всевозможных так много,

Так мало хороших квартир.







И лица у ищущих хмуры,

И слезы блистают не раз:

Порою собачьи конуры

Обителью служат для нас.







Беднягам и отдыха нету...

Посмотрят, пришедши в кураж,

Квартиру то эту, то эту,

На пятый залезут этаж.







И ищут, уставши до смерти,

Повсюду снуют без пути...

Несчастные люди! Поверьте,

Квартиры вам здесь не найти!







Не здесь вы найдете жилище,

Не здесь вам квартиру обресть...

Ах, только, клянусь, на кладбище

Квартиры удобные есть...



Журнал «Развлечение», № 40, 1902 г.
Всякий трезвомыслящий обыватель понимал, что домовладельцу чужды какие-либо человеколюбивые помыслы и мотивы. Этот «вампир» привык наживать и преумножать свое благосостояние. Порой дети из гордости даже подписывали визитки: «Сын домовладельца». Горожане же продолжали язвить. Мол, есть в Москве Хамовнический переулок, сплошь застроенный домами господина Жиро. И ежели он так успешен, что «монополизировал» едва ли не всю улицу, так не переименовать ли ее в Жирный переулок?
 
Смех смехом, а поиск квартиры представлял большие трудности. Желательно было недорогое и хорошо спланированное жилье, которое не преподнесло бы впоследствии сюрпризов. Хозяева же владели хитрыми приемами презентации квадратных метров. В одном журнале опубликовали шарж, порицавший домовладельца: он запустил жильцов в новостройку, которая была так сыра, что даже обои от стен отваливались, однако это ничуть не смущало рантье — предполагалось, что квартиранты своим дыханием обсушат дом. Иногда в доказательство благоприятного климата в комнате хозяева демонстрировали сухую соль. Обман вскрывался позже, при переезде, когда, например, за шкафом квартирант обнаруживал огромные сырые пятна на стене.
 
Сердобольные журналисты не ленились давать искателям жилья советы, помогавшие сэкономить время, нервы и деньги. Например, ревнивым мужьям предлагали с осторожностью снимать квартиры с двумя ходами и более. Желательно, чтобы из комнат, выходящих окнами во двор, просматривались ворота. Шулерам рекомендовали селиться не выше второго этажа, чтобы при необходимости успеть вовремя ретироваться, а первый этаж советовали дамам-модницам — в узких юбках проблематично подниматься наверх. Малоимущим стоило сразу спрашивать дешевые комнаты повыше и не пенять на судьбу, что вынуждены забираться на шестой этаж, поскольку восхождение на Эйфелеву башню несравненно тяжелее, к тому же за него еще и плату берут. А квартиранту подобное удовольствие ничего не стоило, зато укреплялось сердце, ведь общение с домовладельцем сулило немало нервных потрясений. Желчным критикам, сатирикам и поэтам указывали на жилье, выходящее окнами на помойную яму, которая вызывала бы в них злобу. Чиновников наставляли обращать внимание на дома, где проживает начальство, чтобы всегда быть на виду. Молодым парочкам напоминали о необходимости в первую очередь поинтересоваться толщиной стен. Ну а старых дев предостерегали: тратить время на поиски квартир бесполезно, лучше уж приискать небольшой домик, потому как дворники обычно на дух не переносят их питомцев — мелких собачонок под «дурацкими» кличками Биби, Мими, Зизи. И, самое главное, подбирая жилье, стоило разузнать о его прежних обитателях. Например, если кто-то из них выигрывал в лотерею, квартиру надо было брать вне зависимости от удобства и цены. Такие квадратные метры обещали счастливую жизнь и неожиданные доходы.
 
 
«Одним кланяться, других не замечать...»
 
На что только не шли обыватели, чтобы заполучить заветное жилье! Один домовладелец рассказывал: явилась дама, прознавшая, что скоро должна освободиться квартира, которую снимает некий генерал. Хозяин об этом ничего не знал, но дама настаивала, что смерть старика наступит со дня на день, — не зря же каждый день его навещают доктор и сестра милосердия. Посетительница умоляла оставить за ней комнаты, но ее выпроводили вон. Москвичи гадали, была ли эта история правдива, но не исключали, что подобное возможно.
 
Надо заметить, что чаще всего арендное жилье показывали будущим квартирантам не домовладельцы, а швейцары и дворники — люди важные и гордые. Им даже давали кредиты под обеспечение... «праздничных чаевых». С жильцами они общались в соответствии с «табелью о рангах». Приветствуя нанимателей первого этажа, низко кланялись, второго — снимали головной убор, третьего — поднимали руку к козырьку, четвертого — кивали головой. Что же касалось квартирантов с пятого этажа, то ждали, пока те им поклонятся.
 
Люди знающие советовали обывателям не обижать швейцаров и дворников и не держать их за маленьких людей, иначе они могут обидеться и провернуть злую шутку. Например, показать приличную квартиру по божеской цене и намекнуть, что желающих ее снять много, но вот за определенное вознаграждение... Измученный квартироискатель платит за протекцию 5–10 руб. и впервые за долгое время спит спокойно. А на следующий день оказывается, что квартира уже месяц как сдана. Мошеннику приходилось либо спасаться бегством, либо отговариваться, что всеми делами своего хозяина не ведает.
 
 
«Жильцам-скубентам и с фуртопьянами — отказать!»
 
Даже если обыватель находил жилье, не факт, что он его получал. Ведь и домохозяева предъявляли к будущим квартирантам строгие требования. Одни запрещали играть на «фуртопьянах», другие не пускали «скубентов», то есть учащуюся молодежь, третьи сдавали жилье только супругам с одним ребенком, потому что двое детей — это уже шумно. По тем же причинам, шутили москвичи, некоторые домохозяева отказывали семьям с тещами. Считалось, что эти дамы постоянно ссорятся с зятьями (хотя находились арендодатели, готовые терпеть сварливую мамашу за определенное вознаграждение). Один юмористический рассказ был посвящен дачникам, искавшим зимнюю квартиру. Однажды супругу повезло, но он вернулся домой грустный, несмотря на всю важность события. Жена принялась расспрашивать: что не так? высока ли цена? выполним ли контракт? Но и предположить не могла, что домовладелец согласился сдать жилье только в случае, если супруги разведутся и вчерашний муж женится на его дочери. Проплакав не одну ночь, жена решила дать развод, а сама сняла комнату у новоиспеченной пары.
 
Кстати говоря, арендуя жилье, квартирант заключал с хозяином контракт. И каким бы драконовским или глупым ни был этот документ, он гарантировал пусть и трудное, но предсказуемое существование. А вот устный договор мог меняться ежедневно в зависимости от обстоятельств и настроения домовладельца. Между тем контракта, в особенности невыгодного, страшились все, кроме разве что адвокатов. Горожане шутили: даже если в договоре будет пункт «Я обязан уведомлять домовладельца о появлении чертей за неделю до прибытия таковых в снимаемую мной квартиру», ради хорошего жилья его придется подписать и соблюдать.
 
Острословы придумали свой контракт с оптимальными для всех условиями. Например, квартирант может иметь при себе жену и двух разнополых детей. Третьим ребенком обзаводиться только после пятилетнего проживания в означенной квартире. Жилье отапливать лишь березовыми дровами высшего сорта, дабы не заводить сырости, лифтом пользоваться один раз в сутки, провизию покупать в магазине, расположенном в том же доме. Квартирант обязан поздравлять с праздниками семейство домовладельца, снимать перед ним шляпу на улице и вообще почитать за благодетеля; дворнику не грубить и во всякое время дня и ночи пускать его в квартиру для ревизии. Гостей приглашать один раз в месяц и выпроваживать не позднее 11 часов ночи. Деньги за жилье вносить за год вперед. Он имел право съехать с квартиры до истечения контракта, но без возврата арендной платы.
 
Кстати, тему платежей, которые увеличивались по поводу и без, тоже постоянно высмеивали. Получит домовладелец, который не чистит ретирады, штраф от санитарной комиссии — он надбавляет плату. Проиграется в карты — опять поднимает арендную ставку. Накинет десяток рублей и весной, с окончанием отопительного сезона. Зимой это делать совестно, жильцы и так жалуются на экономию дров, а теперь тепло. В шутку даже придумали задачку: некий господин, снимающий шесть комнат, получил в наследство 5 тыс. руб. — спрашивается, сколько надбавит ему хозяин по этому случаю.
 
Впрочем, юморески сочиняли не только про постоянно растущую плату за жилье, но и про должников. В одном анекдоте хозяйка обращается к квартиросъемщику: «Только предупреждаю вас, я очень требовательна относительно аккуратного платежа. Ваш предшественник задолжал мне за три месяца, и тогда я его выгнала». — «Хорошо-с. На такие условия я тоже согласен».
 
В другом фельетоне шла речь о москвиче, метавшемся по городу в поисках квартиры. Имел он вид нераскаявшегося грешника, был бледен, тощ (кстати, такая беготня была отличным средством сбросить лишний вес) и немного сумасброден. Однажды этот субъект забежал в кафе и заказал «три комнаты с кухней», а пока ждал свой бутерброд с чаем, сорвался с места и стал сдирать со стены рекламный плакат, принятый им за заветное объявление о наличии в доме свободной квартиры. Поняв ошибку, он сунул в карман соленый огурец и обреченно пошел на выход.
 
В праздник принято на что-то надеяться. Наверное, самым уместным будет пожелание московскому квартиронанимателю не оказываться в дураках, не испытывать излишнего беспокойства, решая квартирный вопрос, и не обнаруживать спустя много лет публикаций о жилищном беспределе.
 
0 0
Cтатьи по теме:
Сэкономьте свое время!

Подпишитесь на еженедельную новостную рассылку и получайте самые важные новости недвижимости за прошедшую неделю от экспертов рынка

Комментарии:

К сожалению, ни одного комментария не найдено.

Советуем почитать:
Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.

Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных